В болоте зелёная тина,
И сыро, и холодно в нём.
У бедной сороки ангина.
Ты спросишь: «А это при чём?»
История вышла такая,
Сейчас расскажу я тебе:
Шёл пёстрый щеглёнок, играя
На жёлтой блестящей трубе.
Он шёл по тропинке змеистой,
По синим мохнатым лесам,
И голос трубы золотистый
Пушинкой взлетал к небесам.
И весело было щеглёнку,
И сам он не знал, почему.
И ветки клонились в сторонку,
Давая дорогу ему.
Он шёл над зелёным болотом,
Трубил изо всех своих сил
И вдруг, засмотревшись на что-то,
В болото трубу уронил.
Да только ему горя мало,
Ну что ж, уронил – не беда!
Чего только с ним не бывало,
А это – поверь – ерунда!
Но рядом сорока сидела,
И так не считала она.
Решила: «Нет, это не дело!
Труба пропадать не должна!
Она ведь, небось, золотая,
Её не отдам никому!
Сейчас я к болоту слетаю
И живо её подниму!»
Сорока взлетела с осины,
К болоту стрелой понеслась…
В болоте зелёная тина,
Холодная липкая грязь!
В холодную плюхнувшись тину,
Она не простыть не могла.
Теперь у сороки ангина.
Вот так-то. Такие дела! | 
